С Праздником Победы!

 

Мы сердечно поздравляем всех соотечественников  с великим праздникомДнём Победы! В нашей памяти навсегда останется слава великих предков, отдавших свои жизни за нас, за Русь! Мы всегда будем помнить их славные Победы:

  • Над фашистской Германией в 1945 году;
  • 3 июля 964 года от Р.Х. (6472 от C.М.З.Х. (Сотворения (заключения) мира в Звёздном Храме) над паразитарным Хазарским каганатом Великого Князя Святослава Хороброго, освободившего, благодаря этой Победе,  планету от геноцида и финансового рабства хазар;
  • Победу в тяжёлой войне со Страной Великого Дракона (Аримией –  Древним Китаем) более 7520 лет назад, символом которой стал русский воин, поражающий дракона (змея) копьём, известный, в настоящее время, как Георгий Победоносец.

 

 

В этот праздничный день хотелось бы посвятить стихи  всем, кто прошел фронтовые дороги, отстоял нашу Свободу и принёс нам Победу. Не все вернулись с фронта, не все вернувшиеся дожили до сегодняшнего дня. Но мы помним о них и благодарны им за то, что они выиграли Великую битву за нас – их  детей, внуков, правнуков… Они Выполнили свой долг перед Родиной. Теперь наш долг выиграть битву с социальными паразитами и окончательно освободить от них нашу Родину. Как и в 41-м наши отцы говорили:  враг будет разбит! Победа будет за нами!

Здравия всем живущим ветеранам и долгих лет жизни!

Вечная  память павшим за нашу Родину!

И. Кондраков

 

 

 

 

 

ОТЦУ

Была весна. И был тяжелый бой.

Но только беззаботная синица

Не замечала пуль — они свистят, как птицы –

Была лишь занята весною и собой.

 

Горел Кавказ, от мин дрожали горы.

Им не впервой сносить  вражду племен.

Но в прорезь автоматов впились взоры 

Солдат противоборствующих сторон.

 

 

Что им делить, обретшим здесь покой?

Богатство, землю, власть, иль смерти лица,

Довольствуясь «подаренной»  судьбой:

Лишь в смерти быть свободными, как птицы?

 

Война и мир — хитросплетений суть, –

Чем держат Мир Правители, как сетью…

И каждый раз свой  повторяя  путь

Свирепо хлещет мир война своею плетью.

 

Здесь был и ты – с Тамбовщины Великой,

Руси отдавшей лучших сыновей,

Чтобы в горах сразиться с самой дикой

Ордою европейских дикарей.

 

Тебе, отец, всего с лихвой хватило:

Разруха, голод, страшная война,

Отнявшая здоровье, близких, силы…

Пусть трижды будет проклята она….

************************************

Полвека мир — он дорог нам вдвойне…

На поле боя зреют рожь, пшеница.

Лишь только свистом бойкая синица

Порой напоминает о войне.

 

 

М. П. Кондраков

 

Отец воевал на Кавказе, где был несколько раз ранен. На фронт его призвали в 41-м. Вместе с ним ушли  и  его братья, а потом бабушка получила на четырех братьев похоронки. О войне у отца остались сильные впечатления, которые он часто излагал в стихах. Вот одно из его стихотворений,  посвященное Русскому Солдату.  

 

 

 

 

 

Солдатам России

 

Судьба пытала русского солдата,

На прочность проверяя вновь и вновь,

Но Родины наказ берёг он свято:

Громить врага, пока есть в жилах кровь!

 

А путь в войне был самым трудным в мире.

И смерть, и голод  — всё он перенёс,

И немку-девочку из боя под Берлином,

Прижав к груди,  к Победе нежно нёс

 

 

К победе шёл он твёрдым Русским шагом,

Какой ценой измерить этот шаг!

На куполе фашистского рейхстага

Он водрузил России красный флаг!

 

И пусть давно уже в чужой сторонке

Сыны России в мраморе стоят,

Уж пятьдесят, как дома похоронки

Внучата их так бережно хранят!

 

А мы, наш долг – чтоб небо было чистым,

Чтоб мамам нашим больше не рыдать,

Над мрамором холодно-золотистым,

В нем имена сынов не узнавать!

 

Мы ту войну ещё не позабыли!

По-прежнему фашизма тень черна,

Мы армии фашистские разбили!

Давным-давно, а кажется – вчера.

 

Берлин был страшным пламенеобъятый!

А сколько трудных вёрст к нему прошли,

Все это мы — солдаты в сорок пятом —

Наш День Победы Миру принесли!

 

Друзья! – давайте на минуту встанем!

Пусть павшим будет памятью она,

На обелисках и на серых камнях

Допишем неизвестных имена!

И. Кондраков

 

 

 

 

Солдаты победы

 

Слова, «Вставай, страна…» звучали

Набатом мощным в страшный год,

Они на бой с ордою звали

Советский мирный наш народ.

 

Прошел солдат войны дороги

И пал к ногам его Рейхстаг, 

Здесь на развалинах острога

Он водрузил наш алый стяг.

 

 

Не все вернулись с поля брани.

Закрыв собою всю страну,

Но, как солдат, она вся в ранах.

Как нерв, натянутый в струну.

 

Пришел домой солдат Победы.

И снова в бой, но трудовой.

Перенеся лишенья, беды,

Полвека на передовой….

 

Но время так неумолимо.

Его назад не повернуть.

И вновь состав  несется мимо, –

Не на войну – в последний путь. 

 

Солдаты, воины России!

Не покорились вы  врагу.

Вы наша честь и наша сила,

Пред вами  мы всегда в долгу.

 

 

 

Бессмертному батальону ветеранов

 

Посвящается памяти русского воина Кобылкина Анатолия Прокофьевича, воевавшего на Малой Земле, написавшего несколько книг. В последней книге «Солдаты Победы» он собрал очень много информации о земляках, их подвигах, их письмах с фронта. Этим самым он совершил  ещё один гражданский подвиг – оставил память о тех, кто уже не придёт никогда, никогда….

 

 

Смотрю на постаревших ветеранов –

Увы, не удержать нам ход времен,

Не излечить им все на сердце раны –

Тем, кто вошел в Без(с)мертный батальон.

 

Вот старость незаметно  к ним подкралась,

Но блеск в глазах, мальчишеский азарт,

Воля к победе, дух –  все в  них осталось:

Им  только прикажи – все станут в ряд.

 

 

Несется мать-Земля,  в вихре событий

Уходят лучшие,  но некого винить…

И должен кто-то быть всегда в прикрытии,

Чтоб память о героях сохранить.

 

А потому, не только автоматом,

Разил  на Малой он Земле  врагов,

Но и пером,  – он русским был солдатом,

Хоть не имел тогда еще усов.

 

Едва отметил он  восьмой десяток…

Да,  в них всего хватило б на троих…

Вот память сжата в несколько тетрадок

О подвигах ушедших и живых.

 

Он тридцать лет в Совете Ветеранов

Труду все силы  честно отдавал…

Почетный гражданин,

За все  он брался рьяно

Жил эти годы так,  как воевал.

 

И главный труд – все книги о героях.

О них он внукам память сохранил.

О тех, кто уходил на бойню строем,

И там врага  в бою по-русски бил.

 

Прощай, Прокофич! До последней силы

Держал рубеж, зная последний он,

Чтоб знали и враги, которых били –

На страже памяти  последний  батальон.

 

 

 

 

 

 

 

Зарисовки о войне

Ленд-лиз

Ленд-лиз по-английски значит «давать взаймы» и  «сдавать в аренду, внаём». Это была государственная программа, по которой Соединённые Штаты Америки передавали своим союзникам во Второй мировой войне  боеприпасы, технику, продовольствие и стратегическое сырьё , включая нефтепродукты .

Всего поставки по ленд-лизу в СССР составили около 137,6 млрд. $  в ценах 2008 года, т. е.  около 4 процентов средств, затраченных нашей страной на войну. При этом танки и авиация поставлялись в основном устаревших моделей.

Сразу после войны США потребовали возвращения «долгов», хотя И.В. Сталин заявил им, что все это уже оплачено русской кровью. Но американцы и в войне были торгашами, поэтому все переводили на звон золотых монет. Пролитая кровь для них понятие не торгашеское. Часть поставок в США шла через Иран. По Каспийскому морю из г. Ленкорань Азербайджанской ССР техника на паромах  должна была переправляться в  Иран. Но вот как было на самом деле. Недалеко от берега в районе г. Ленкорань в море стоял американский паром, на котором находился мощный пресс. По железной дороге из Баку в Ленкорань поставлялась наша техника, в частности новые автомобили полуторки. Затем техника переправлялась на паром и отправлялась под пресс, а после него – в море. Сердце кровью обливалась, глядя на это, – рассказывал отец, – но мы ничего сделать не могли. Страна только начинала восстанавливаться, не хватало техники, а наши бывшие союзнички тут же наносили нам ущерб, как абреки, нанося удары ножом из подтишка в спину. Это была благодарность нам за спасение мира от коричневой чумы ценой в 46-47 миллионов человек…  

 

На войне, как на войне

У деда Павла было восемь детей, когда началась война. Его не должны были брать на фронт, но, как и всех мужчин, у которых не  было брони, его призвали в армию. В первые дни войны его прикомандировали извозчиком в заградительный отряд.

Его обязанностью было привезти к месту суда и приведения к исполнению приговора военного трибунала тех, кто испугался или побежал не в ту сторону. Все решалось очень  быстро и просто. Зачитывался приговор, и сотрудники из НКВД приводили приговор к исполнению, расстреливая в затылок приговорённых, которых сразу сталкивали в общую яму.

Так партию за партией расстреливали тех, кто ещё мог бы пригодиться Отчизне. Но у НКВДевцев всюду мерещились враги… Как правило, расстреливаемые были выпускники школ, испугавшиеся первого боя. Перед расстрелом молодые ребята плакали, обращались к своим мамкам, чтобы те спасли их. Никому не хотелось умирать в 18 лет.

Насмотревшись  на все это за неделю, дед Павел подал рапорт, чтобы его перевели на передовую – ведь у самого были дети, которым в скором времени придется пополнять ряды бойцов. Так он на передовой и прошёл четыре года войны, при этом ни разу не был ранен. Он рассказывал, что много раз видел большое количество ничьих денег, золотых вещей, но ни разу к ним даже не прикоснулся. Ибо на фронте у солдат было поверие – кто чужое возьмёт, тот вскоре и погибнет.

Был интересный случай под Туапсе. Был отличный солнечный день, солдаты загорали по солнцем и отдыхали. А дед Павел по крестьянской привычке сначала делал то, что положено в данной ситуации – он вырыл небольшой окопчик глубиной в полметра. Всё шло  хорошо и ничто не предвещало беды. Но неожиданно налетели немецкие самолеты и стали бомбить место дислокации наших войск. Дед Павел сразу упал в  окоп, на него  командир взвода, а  на того – толстый повар их части. Немцы отбомбились и улетели. Ранение получил командир взвода в руку, которую высунул из окопа.  Повару осколки   ранили руку, т.к. он её также высунул из окопа. А дед Павлик не получил ни одной царапины, хотя его рука  также торчала из окопчика.

В 1943 году призвали старшего сына Валентина, с которым вскоре была утеряна связь. Дед Павел считал, что сын погиб. И вот он уже со своей частью в Берлине, брал рейхстаг. Ему было очень интересно посмотреть на гитлеровские хоромы, поэтому он стал бродить по нему и рассматривать это логово фашизма. Но вот его кто-то окликнул: отец!  Он обернулся и увидел своего  первенца – Валентина. Радости не было предела. Потом они вместе вернулись домой. Но дед Павлик пережил своего сына, который попал в зону заражения во время чернобыльской катастрофы, и вскоре умер. Так часто тех, кого пули не настигали на войне, они  как бы настигали в мирное время. Вот и такая же судьба постигла двоюродного брата Петра – летчика-истребителя. Его самолет  немцы сбили в Белоруссии,  самолёт упал в пересохшее болото и ушел передней частью в грунт. Воздух поступал через хвост. Трое суток Петр не мог выбраться из самолёта, пока партизаны не обнаружили его.  За боевые заслуги было подготовлено представление о присвоении ему звание «Героя Советского союза». Но когда стали проверять его биографию, оказалось, что его отец коммунист был старостой при немцах. Кстати, почти всю оккупацию у них в семье скрывались двое еврейских детей. Когда наши войска вошли в Гомель, отца арестовали и сразу расстреляли. А потом выяснилось, что его  оставил на эту работу подпольный партийный комитет. Отца реабилитировали, но Петру звание не присвоили. После войны он остался в армии и вот в 60-х года получил назначение в войсковую летную часть, расположенную в Муганской степи Азербайджана. К нему в гости приехала сестра и дочь, и так получилось, что ему было присвоено звание полковника. Всей семьей они возвращались в город Ленкорань. Во время езды по Муганской степи машину на повороте занесло из-за  глубокого песка. Машина несколько раз перевернулась. Петр  и сестра Галина погибли сразу, а дочь и водитель отделались переломами и сотрясением. Война  все-таки нагнала Петра  через двадцать лет, убив ещё и близких.

Не была благосклонна судьба и к другому двоюродному брату Алексею Бардину, который попал на фронт вместе  со своим другом Царёвым, к тому же соседом по поселку. Их танк подбили немцы, Алексей получил ранения и сильно обгорел. Один осколок попал в грудь.  Царёв его вытащил из танка и положил рядом с ним. Прослушал сердце – не слышно биения. Он взял и накрыл Алексей шинелью, снятую с лежащего рядом фрица. Наши отступили, а немцы подбирали своих раненных. Подобрали они и Алексея. Сделали операцию, извлекли несколько осколков, но один – около сердца – так и остался в груди. Но когда Алексей стал отходить от наркоза, он заматерился на врача по-русски. Его сразу же отправили в концлагерь Маутхаузен.

Алексей был очень здоровым человеком, поэтому очень быстро зажили раны и он решил бежать из лагеря. Каждая из трех попыток заканчивалась тем, что его тело рвали собаки. Когда мы  мылись в бане, я своими глазами видел все эти следы. Дядя Алексей  рассказывал нам, что в их лагере зимой казнили русского генерала Карбышева, которого обливали водой, пока он не превратился в глыбу льда.

В 1945 году их лагерь освободили американцы, поэтому все советские военнопленные были отправлены в советские концлагеря для проверки. Шесть лет пришлось работать на руднике. Приходило отчаяние и хотелось покончить собой, т. к. с заключенными обращались не лучше, чем в немецких концлагерях. Но с ними был генерал, у которого ампутировали ногу, но не сломили русский дух. Он говорил Алексею, что придет время и во всем разберутся, а пока нужно выжить. Когда Алексей вернулся, он был абсолютно лысым, постарел.  И когда он вошел в калитку, его мать, баба Груня, не узнала его, а узнала по голосу только моя мама,  она очень любила брата.

Вскоре Алексей женился и уехал в Армавир, там у него родились два сына. Все было хорошо, но осколок у сердца стал беспокоить. Когда Алексей был  в гостях у родителей, осколок стал активно продвигаться к сердцу, врачи посоветовали провести операцию  в г. Баку. Взяв направление, Алексей поехал в Баку, но не доехал. Осколок пробился к сердцу и остановил его. Вот так  война, «выстрелив» в 43-м, настигла дядю Алексея в 64-м…На войне, как на войне. Есть у неё одна подлая суть – не отпускает она того, кто был на ней.